Обычно отчеты о поездках все такие победные. Типа, мы бились, бились и пробились. Или мы сели, но не растерялись, позвали друзей, устроили смех шутки веселье прямо на месте. В реальной жизни бывает и так, что препятствия к цели или собственные ошибки оказываются непреодолимыми, а сама поездка превращается из движения к цели в какую-то отчаянную спасательную операцию. Отчаянную — это очень уместное определение, потому что эмоции в процессе могут бурлить. О том что случилось в последнюю поездку в Финляндию, расскажу сегодня.

Про Соколиную Гору, по-фински Haukkavuori, неподалеку от шоссе №6 и поселка Симпеле, знают почти все любители Суоми. Летом это отличный закатный фотоспот, но в тот раз, когда мы ехали мимо именно вечером, закат мы упустили наипозорнейшим способом. Не дождались, решив что уже отсветило. Конечно же он светанул багряно-красным ровно как мы оттуда ушли, и я готов был себе яйца оторвать, а уж любимой в глаза смотреть было стыдно еще сутки. Вот все жалкие картинки на телефон.

Кажется, есть такие места\события, которые из принципа не даются просто. Сегодня я задумал сфотографировать закат на Haukkavuori нормально.

Maps.me ведет меня к Соколиной Горе короткой дорогой — по финским колхозным тропинкам.

Здесь хорошо, Mitsubishi L200 весело катится по накатанным дорожкам.

Вокруг лес, местами весьма сложно подсвеченный вечерним светом, где-то светло, а где-то уже сумерки.

Все дело в рельефе, изрезанном в этой местности скалистыми неровностями.

Радость закачивается. Маршрут ведет по дорожке, которая не просто не прочищена, а в принципе непроходима. Мне кажется что вернуться на трассу и добраться до Горы обычной дорогой я уже не успею к закату. Начинаю нервничать. Вижу на карте вторую дорогу, по западному берегу озера (на скриншоте маршрут проложен по восточному). Еду туда.

Прокатанная колея тем временем заканчивается, и начинается непрокатанная, заснеженная. Наверное еще до снегопадов, месяц назад тут проехал квадрик или мини-трактор, и все, другой дороги нет. Принимаю два решения. Первое: эта тропа лучше чем предыдущая, остается всего ничего до планируемой съемки, нет времени на раздумья. Второе: у меня же джип. Вперед!

До Горы 5 км, я уже мысленно выставляю выдержку-диафрагму. Кадр назад — Митсубися идет довольно уверенно, в том числе и в подъемы. Колеса немного стравлены, нога в колее проваливается в валенке чуть ниже колена, но снег рыхлый.

Внезапно приходит время драмы. В низине я оказываюсь на внутреннем радиусе правого поворота — первая ошибка. Под колесами какой-то бугор, машину кидает еще вправо. Крен, попытка сохранить ход и выбраться обратно наверх — безуспешно. ФФФррррр, хрум-хрум, все, уселись.

Выхожу, еще в гражданской одежде, прикидываю сколько копать. Масштабы проблемы наметанный глаз оценивает моментально, хотя разум, как водится, не сразу принимает факты. Машина реально правыми колесами упала с дороги в канаву. Закат, очевидно, отменяется. Ок, Haukkavuori, ты видимо из тех странных мест, которые без всяких видимых на то причин никогда не даются просто.

Конечно, сначала я обматерил весь лес и все сугробы, распугал фауну на несколько километров. Это не значит ничего. Я через минуту успокаиваюсь, хожу минут 10 просто туда-сюда перестраиваю сознание. Переодеваюсь в зимний костюм и обувь. Перспективы мне кристально ясны, поэтому выполняю счет выживальных активов. Я один. За бортом -15 и холодает. Топлива дохрена, еды на сутки, газа и электричества дохрена, связь — только звонки и смс. Ругаю себя за то, что поленился зайти в  дютик — пузырь рома сейчас бы пригодился, да. Вопросы вызывает вода — литра холодного чая явно мало. Я знаю что делать — вынимаю из-под сидений пустые бутылки суммарным объемом два литра, плотно набиваю их снегом, кидаю на сопла отопителя. Вот и помойка пригодилась. Талая вода (по сути дистиллят) исключительно плохо утоляет жажду, если ее не посолить, но это не страшно. Она как раз растает без лишней суеты с плиткой, пока я буду копать. Почему я не взял воду в запас? Да потому что зимой вода в машине замерзает на стоянке, в то время как вокруг есть снег. Летом такой ерунды я бы не допустил.

Из кузова на свет извлекается лопата. Следующие пять часов я трижды откапываю машину и пытаюсь выехать. Митсубися гребет как ненормальная, но профиль дороги резко наклонен в сторону канавы (финны часто так делают в поворотах), и вместо выезда назад машину только разворачивает. Конечно же, каждый недовыезд требует начинать раскопки совершенно заново. После третьей итерации машина стоит уже под 45 градусов к дороге, свалившись мордой совсем вниз, еще ниже чем была. Снега — по капот, который у меня очень даже высоко, примерно по пояс. Шаг от капота — и по пояс проваливаюсь уже я.

Копать пять часов без остановки — немного утомительно. Особенно если тяжелее стакана уже несколько месяцев ничего не поднимал. Я укладываюсь передохнуть на заднее сиденье, перекусить, попить. Аудиофоном — Дэн Симмонс, «Террор» — про полярные экспедиции XIX века. Релевантненько. Настраиваюсь на ночевку и утренний поход за трактором. Прикидываю что тут должны быть лесорубы, каких-то 10 км по карте — нас.пункт. Я вылезаю зачем-то на улицу, залезаю через водительское место, и машинально пару раз качаю машину туда-сюда. Какое-то слабое движение. Так, а что если покачать по миллиметру, но долго? Пониженная, назад, вперед на L ( = автомат только в 1 передаче). Какой-то ступор сознания, я качаюсь так раз двадцать. Ой, что это… пошла!!! Сначала 10 см, потом 15. Машина топчет себе колею из геометрического положения, казавшегося безнадежным. Только не сядь, только не сядь снова! Кажется, я качнулся минимум сто раз, когда Митсубися наконец вытащила морду из кювета. Ееееее!

Радоваться было рано. Машина встала поперек узкой дорожки, вперед и назад по ней — подъемы, позади кормы в 30 сантиметрах кювет, причем с той стороны — глубиной метра полтора. Следующие четыре часа я копаю, топчу и снова копаю себе разворот на дорогу. Снег в следах колеи — я только так могу назвать состояние дороги — только казался мягким, в дело пошел топор. Я понимаю, как важно откопать себе достаточно места для разворота, кювет сзади и рукотворная ямища, из которой выбралась машина, не оставляют мне право на ошибку. Я двигался предельно осторожно, насколько это можно делать с полным газом и пробуксовкой до максимальной тяги. Сантиметр за сантиметром я четыре часа разворачивал машину и топтал колею вперед — хрен знает что там впереди, но задом несколько километров я точно не выеду.

Уже давно стемнело. Фронт работ освещают фары и лампы на магните, подвешенные к дверям. Несколько раз по-настоящему пугаюсь странных лесных звуков, мне кажутся за спиной лоси и кабаны.

Когда я наконец выехал из низины, заехал по сугробам в горку и остался на дороге, я орал от счастья на весь лес. Следующие километры я был самым осторожным водителем на земле. Стравленные колеса, первая передача, железная хватка руля. Но и дорога дальше была уже попроще, лишь несколько небольших подъемов пришлось брать с натаптыванием колеи. Лапы елей в желтом свете фар кажутся  волшебными. Лес уже не страшен, я вырвался из его глубокой ловушки.

Стоит ли говорить, что дорога к Горе с другой стороны была вычищена трактором и вообще в полтора раза шире? maps.me как обычно, неимоверно доставляет.

Два часа ночи, я дома. Еды нет — тутошние сельпо не работают ночами. От соседей заскочил на свет в окнах управляюший, мы выпиваем по 150 коньяка, я кидаю на сковородку тушенку из выживальных запасов. Туловище угрожающе звенит всеми мышцами, причем  даже теми, о которых я уже давно забыл. Мысли удивительно чисты. Я упустил закат, накосячил, но выбрался сам. Не сдался, как бы ни был близок к этому. Спокойно и методично боролся до конца. И победил. Это безумно приятно.

comments powered by HyperComments

Подпишитесь на новые истории:

Поделитесь в соцсетях или мессенджерах: