Помните, прошлый короткий романтический визит в Карелию, который я обозвал «свиданием с бывшей», закончился тем, что в план встало преодоление одной милой лесной дороги. Тогда я не стал уточнять, что целью было проехать максимально близко к устью залива Иятьярви, в народе известном как Кочерга. Там есть остров с остатками кинодекораций к фильму «Запрет». Объект хорошо известен фотографам и водным туристам, но в межсезонье, когда тает лед, традиционный водный путь доступен лишь спецтехнике типа СВП и аэролодок. Я задумал выйти на эту фототочку нетрадиционно — по земле. Так нарисовалась цель для разведывательной экспедиции.

Последующие изыскания показали что дорога не просто что маловероятна для преодоления, а в этом нет смысла — она ведет на противоположный берег, не очень интересный для фото. К тому же, буквально через день после написания той истории, появился новый интересный вызов. Так родился план пешего похода, про который сегодня расскажу.

Дело в том, что пешком под рюкзаком я не ходил с 2016 года, когда на Кавказе обнаружил проблему с коленом. На ровном месте сначала подвернулась нога, чему я не придал значения — это у меня бывало часто. Но через несколько дней из легонького однодневного трека в сочинской Красной Поляне я пришел натурально хромым. Потом были обследования, иньекции гиалуроновой кислоты в сустав и указание «колени беречь, но укреплять».

За год проблема не повторилась, но не было и походов. Частично от лени, частично оттого что фокус сместился на автопоездки. Прогулки, немного йоги и немного велосипеда — вот и вся активность была.

В начале весны захотелось в Гималаи, но появился вопрос, какой трек я смогу пройти. Хотелка была такая: 10-15 дней, максимально близко к кольцевому или линейному без возврата, рабочие высоты до 5000 с выходом на 5500, минимум людей. Я много говорил с горными гидами, и мне накидали, так скажем, нетрадиционных вариантов под все мои запросы. Но мало людей — значит автономность, значит палатка-еда, значит рюкзак уже будет тяжелее привычных 10-12 кг. И колено. И вообще год тяжелее кружки ничего не поднимал. Тестовые прогулки по тропам вдоль Финского залива на 20 км показались неоднозначными.

Френд в Фейсбуке открыл для меня Nula Project — бесплатные тренировки общей физподготовки в приятной компании. Первая же тренировка все расставила по местам, сравнение себя с группой сработало четко — никакой серьезный трек мне не светит, максимум Госайкунд — едва-едва выше моего Лангтанга-2014 (это вообще два соседних трека). Хорошая новость оказалась в том, что в тренировки я втянулся очень быстро, и уже через месяц начала распрямляться спина, взбодрились руки-ноги, и в конце второго часа ОФП я мог не только собирать слюни, сопли и одышку, а кое-как разговаривать. Колено работало как надо. И вот пришло время первого теста — для чего поход и был задуман. Замечу, кстати, для себя, что задумки эти обсуждались в ноябре — ура, сам себя не обманул!

Рюкзак для похода собирался странным образом. Это ж тест, поэтому вес не просто не экономился, а чуть ли не добирался. Тяжеленная 2-3 местная палатка из Спортмастера, плитка вместо горелки, еда без счета, вода на весь маршрут. Получилось килограмм 13-14 всего на два дня — чудовищный перевес, конечно.  Мой собственный вес, кто не знает, около 60 кг при росте 170 см. Навигационная подготовка свелась к нанесению опорных точек по координатам со спутника — отметил опушки, проходы в лесу и немного ориентиров. Все они не казались особо важными, поэтому в голове был «план Б» = срезать немного, он впоследствие сыграет со мной шутку.

Я втыкаю блокировки, иногда пониженную, и проезжаю по едва растаявшей дороге до первой опорной точки, где проезжабельная в одну машину дорога, как выясняется, и заканчивается. Дальше только трактор или подготовленный уазик на свамперах. А у меня дальше — только тропа.

Вокруг разворачивается живописная весна.

Что, где тропа? Давайте поговорим о тропах. Тут у нас с вами не Финляндия или Новая Зеландия, где тру-туристы ходят по деревянным настилам или как минимум укатанной земле. Большая часть маршрута прошла только по стрелке GPS, там, где никаких привычных тропинок нет в принципе. Вернее есть, но — звериные. Вот она, моя тропа.

«Ой, кто же это сделал?!»(с) Это, друзья, сделал лось. Я научился читать след очень быстро. Если он совпадал с тем куда я шел, то идти от кучи к кучи, не теряя следы копыт — было самым простым способом найти выход из бурелома или правильный путь между гранитных скал высотой с четырехэтажный дом. Зверь не дурак и понимает дорожки лучше меня. А в какой-то момент я карабкался по уступам такой скалы вверх. С рюкзаком, на четвереньках, наугад. И знаете как я обрадовался, увидев что на очередном уступе, куда едва помещался я с рюкзаком, как следует насрано! Взобрался лось — взберусь и я, так решил, хоть я никогда не думал что эта скотина на полтонны мяса вообще может лазить по скалам. И действительно, взобрался, хотя на том подъеме я готов был от напряжения обосраться сам.

Вы не поверите, но это тоже тропа. Мне туда, прямо и чуть направо. Сапог проваливается в сугроб почти целиком, кстати.

Я пробую обходить сложные места, но очень быстро понимаю что это ловушка — тут везде так. Оцениваю действительность — я приближаюсь к цели минимум в два раза медленнее чем планировалось. Вспоминаю про срезочку, решаю двинуть новым курсом. Уйти на слабо проверенный со спутника маршрут было второй ошибкой, лишь чудом не ставшей фатальной для всей идеи похода.

В одном месте мне везет — попадается жалкое подобие человеческой тропы. Кажется, зимой здесь была снегоходная колея. Опорная точка — небольшое озеро, местные называют их лампушками. И оно прямо по курсу. Когда я вышел на берег, то обрадовался как ребенок, и минут пятнадцать скакал по топким берегам с камерой.

Тропа у озера, естественно, закончилась. Дальше снова только лосиные следы и другие следы звериной жизни. Кору с поваленного дерева съели именно лоси.

Вечереет. Я уже расходую время, взятое про запас, чтобы осмотреться на финальной точке. Новый маршрут — такое же говно, как то что я взялся обходить. На фото у нас что? Правильно, тропа. Это как раз то место, которое я упоминал рядом с фотографией какашек. Мне туда, вверх, по камням.

Наверху уже подсвечивает закат. Два одинаково неприятных, сосущих под ребром чувства: обида за упущенный вечерний свет, и тревога. Я в глухом лесу посреди бурелома и каменных пупырей. Непонятно куда идти, вернее как — стрелка GPS велит двигаться прямо через поваленные деревья, расщелины и каменные овраги. Я уже понимаю что не просто упустил закат, а имею все шансы остаться ночью посреди недружелюбного леса, чтобы потом упустить и рассвет тоже. И кажется что вот он, берег, по карте в полукилометре-километре, но совершенно не ясно сколько времени и сил займет на него выбраться.

Через время я опять ухожу вниз, практически на уровнь моря. Снова решаю подняться из низины наверх. Совсем наверх. Я понимаю что могу упереться в расщелину и лишь потерять остатки времени, понимаю что расходую не только время, но и силы. Единственным профитом могла быть картинка рельефа и понимание что меня ждет дальше по маршруту. А могла и не быть, если бы не хватило хотя бы 10-15 метров высоты над деревьями.

И вот я наверху. Ура! Передо мной вдали долгожданная Ладога! И видно, что хотя мне идти еще минут 40, но уже не поперек, а практически вдоль оврагов! И преимущественно — вниз. Я стоял, отхлебывал холодный чай, вгрызался зубами в заслуженный сникерс, и смотрел на розовеющее на северо-западе небо как на главный приз за все препятствия, оставшиеся позади. Я думал что выбирать фотографии этого места будет не из чего, потому что в тот момент у меня от напряжения руки тряслись так, что я не знаю как сделал этот кадр.

Знаете, как показывают такие сюжеты в кино — у девушек хорошо заходит фильм «Дикая», например. Герой идет, разговаривает сам с собой на глубокомысленные темы, саундтреком играет что-нибудь мощное и мелодичное. Для тех кто никогда не ходил в соло-треки — подтверждаю, у меня все так и есть. Мысли раскрываются, вербализируются, я натурально разговариваю сам с собой. Что касается музыки — отчаянно не хватает утраченного за многочисленные переезды плеера «Сони». Довольствуюсь музыкой в голове. Там вылезает что-то из глубин подсознания, от матерных частушек Сектора Газа до какой-то попсы, но лейтмотив, конечно, красивый и мелодичный рок. Удивительно, откуда я, никогда не запоминающий не то что тексты, а даже исполнителя и названия, мысленно воспроизвожу треки полностью. Эта группа в кругу поклонников духоподьемных фильмов с Сильвестром Сталлоне про боксера известна саундтреком Eye Of A Tiger , но его я как раз не котирую, зато среди остального творчества есть реально любимые.


Two dreamers, what would it feel like to meet by light of day
So lonely, wouldn’t if feel right to love this night away

Ритм отлично ложится на шаги резиновыми сапогами по серому граниту, грязно-коричневому дерну и ярко-зеленому мху.

Survivor — Desperate Dreams 

Я пришел ровно в тот момент, когда солнце за моей спиной окончательно ушло за горизонт.

В последних каплях света я быстро раскидываю себе ночевку. Поваленного сушняка на костер тут в избытке. А для комфортного размещения на камнях в жертву были принесены две высушенные елки, отмеченные мной как «все равно не жильцы» — лапник я накидал под палатку.

Ах да. Конечно же, сначала я быстро переобулся в треккинговые ботинки и пробежался по скале. Вот та пара островов, к которой я задумывал выйти и вышел. Декорации из этой точки, как выяснилось, едва-едва видны — они за деревьями. Но в принципе это уже и неважно — картинки получаются атмосферными даже в сумерках.

Последние световые моменты этого дня, каменные берега шхер, остатки зимнего льда. Все, вот теперь можно и поужинать.

Летом в костре нет никакого смысла кроме романтического, еду я уже давно привык готовить на газу. Но сейчас за бортом уверенный минус — пока я разжигал костер, остатки чая Липтон в бутылке успели замерзнуть. У огня я согрелся и просушил носки, вон они красиво переплелись на заднем плане. Посидеть же у костра, наблюдая по очереди то за языками пламени, то за звездами над головой, но в основном за какими-то внутренними лабиринтами сознания — это вообще за пределами понятий пользы и необходимости, это что-то иррационально, инстинктивно важное.

Спальник The North Face на «лимит +3, экстрим -10» позволил нормально спать в одном слое одежды — напомню, за бортом уверенный минус. По стечению обстоятельств я спал в этом спальнике into the wild за два года всего один раз, и это по сути была его первая проверка на вшивость. Ну, жить можно, хотя цифрам, конечно, стоит верить всем, кроме последней. Как всегда на природе, мне снились сумасшедшие цветные сны, в которых присутствовали знакомая певица, какие-то обрывки разных историй, кино, сны внутри сна и прочие выкрутасы подсознания. Люблю такое.

Первый из пяти будильников стоял «на 30 минут до рассвета», рассчитаного для этой точки приложением Exsate Golden Hour . Оно довольно неплохо дает направление и время рассветов\закатов, умеет накладывать на карту, знает разные типы сумерек. Но в этот раз, несмотря на отсутствие каких-либо искажений из-за высоты или рельефа (который она не знает), приложение промахнулось с рассветом минут на двадцать. По счастью в этот момент я уже не спал.

Ругаю себя за то, что не пришло в голову сделать классическую композицию «вид из палатки», но он был вот таким. Себе на память: я знаю почему не сделал — потому что батарея камеры в мороз ночевала в кармане, я сначала вылез, потом нашел и воткул ее — и только это спасло утреннюю фотосъемку, поскольку полежав вечером на улице, камера показывала почти полный разряд*.

Еще раз — мой утренний вид из палатки.

Ну и заглавное фото повторим — это если немного двинуть кадр вправо.

Вся суета теряет значение, когда перед тобой разворачивается рассвет.

Моя скала прекрасна в обе стороны.

Рассвет, ребята. Скалы заливает желтым светом солнца.

Вид почти из палатки направо. В кадре остатки дров с вечера и топор — вот такой у меня был красивый лагерь!

Но пришло время искать новые точки и новые ракурсы. Прыгать козлом по скале в хорошей треккинговой обуви намного безопаснее, чем в резиновых сапогах, ни разу не пожалел о лишней паре обуви в багаже.

Забираюсь на господствующую высоту. Крест никак не связан с кинодекорациям, он стоит тут сам по себе. Там вдали за горизонтом слева — Валаамский монастырь, здесь по берегам много следов присутствия веры и монашества.

Валаам прямо по курсу (хотя это неточно, но точно куда-то туда). Определить ровность горизонта, кстати, довольно проблематично, потому как там вдали не только вода, но и многослойная облачная дымка с какими-то следами миражей. Смотрим по вертикалям деревьев.

Тут я немного развлекаюсь с кадрами на вытянутых руках. Это, собственно, вся скала и есть.

В шхерах еще стоит лед. Надоели однообразные фотки? Ок, найдите на этом палатку:)

Тем временем я спускаюсь к воде.

Типичный берег шхер Северной Ладоги выглядит так. Сурово, труднодоступно и сдержанно-красиво. Как и положено каменному царству.

Тем временем светает окончательно, цвета меняются с желтых на сине-зеленые.

Последние кадры на максимальном фокусе…

… вблизи

Вот теперь можно и позавтракать. Чай, паштет, хлебцы, шоколад с видом на прекрасную Ладогу. Мою любимую Северную Ладогу. Межсезонную, такой, какой ее видят редко, и только самые любящие.

Я решаю не повторять вчерашних подвигов, и обратный путь намечаю вдоль берега залива Кочерга.

Здесь, конечно, тоже есть овраги и немного бурелома, но несравнимо меньше чем на вчерашнем маршруте. Тропа — просто рай!

На таких плоских каменных грядах хочется танцевать и бежать от радости — как же легко! Но таких мест, конечно, немного. С заходом в лес начинается привычная рельефная чехарда и буреломная путаница.

Я выхожу к развалинам старого финского хутора. Здесь на зиму охотники соорудили стоянку.

К обустройству подошли творчески.

Описывать путь назад уже не интересно. В сторону от берега снова начался лес с преодолением, но первоначальный маршрут, нарисованный по спутнику, был проще вчерашнего, если при обходах сложных участков не увлекаться и не терять его. К тому же часть пути прошло по остаткам снегоходной колеи. В сухой сезон к стоянке охотников пройдет квадрик, наверное — это оказалось самой простой частью пути.

Последний километр. Последний брод через весенний ручей. Последний подьем. Дорога. Поляна. Митсубиси.

16 км по прямым. 28 по шагомеру. Шагомер, конечно же, ничего не знает о полутора десятках скал с четырех- или пятиэтажный дом, куда я карабкался на четвереньках, бродах, оврагах, болотах, буреломах, сугробах — километры оказались зачетными, уверенно тяжелее горного трека по тропе. Ночевка в -5 на каменной скале с видом на Ладогу, ловля рассвета в камеру — крутотень!
Карельский трек взят. Первый походный тест колена и вообще походный тест после долгого перерыва вроде бы неплохой. Я доволен.

—-

* Себе: не представляю как живут люди с беззеркалками, у которых максимальный заявленный лимит — 300 кадров, не считая работы с экраном (против нормальных 500 — 1000 у тяжелой классики). Ну и чтоб два раза не вставать. Хрупкая Fuji X-T20, которую довеловсь повертеть в руках и я боялся лишний раз болтануть на ремне, в этом походе я не знаю как бы жила. Nikon я, как всегда, пару раз уронил в снег и грязь, сколько раз он колотился об деревья пока я продирался через кусты и буреломы — не считал, а там еще и камни попадались. И даже просто подвешенный на бок фотик часто было лень распутывать для кадра, прятать его каждый раз в сумку\куртку и т.п. — точно не вариант. Возможно, другие корпуса беззеркалок не столь нежны, но вывод для себя я сделал — хрупкая техника явно не для меня.

** Оставлю себе здесь эту ссылку, которую уже пару раз терял. Все эти вылазки по Карелии, Гималаям и т.п. — даже не детсад, а ясли, потому что настоящие соло-трипы — это вот: https://a-podkorytov.livejournal.com/ Там есть раскладки, про снаряжение, аптечку и вообще вот к чему стоит стремиться.

comments powered by HyperComments

Подпишитесь на новые истории:

Поделитесь в соцсетях или мессенджерах:

Записи по теме